ЖЖ-користувач mykolap (mykolap) wrote,
ЖЖ-користувач mykolap
mykolap

Category:

Польский джаз для предвоенной Украины

В культурной жизни Киева осени 1939-го года сенсация. В городе гастролирует самый настоящий польский джаз. В городском цирке выступают виртуозы из государства которое несколько месяцев назад исчезло из географических карт. Собственно и само название «польский» не упоминается – коллективы, выступающие в столице Украины, называются Львовским теа-джазом. Но играют здесь звезды польской сцены и кинематографа
Даже в трудах профессиональных историков музыки об этих коллективах трудно найти упоминания. Очень уж мало времени гастролировали джазмены – война поставила крест на их существовании. Да и те два неполных года были насыщены подозрительностью, арестами и гибелью артистов. Джаз между сражением двух империй – тема, достойная скорее эпической кинокартины. Тем более, что современники тех событий еще живут среди нас.

«Польское наследство»
После оккупации немцами Польши и воссоединения Украины, на нашей территории оказываются не только военнопленные, большинство из которых погибло в Катынском лесу и в других сталинских лагерях, не только ученые, религиозные деятели или пламенные коммунисты Ванда Василевская и Ярослав Галан. На советской территории оказываются и деятели культуры исчезнувшей страны. Среди них Юрий Бельзацкий, джазовый пианист, дирижер, композитор и аранжировщик, Ежи Петербургский, дирижер, композитор, автор известного танго ”Остання неделя” (в русском варианте ”Утомленное солнце”), а позже музыки к песне ”Синий платочек”, известный музыкант Генрих (Хенрык) Варс и другие. Кроме того, в Украине оседают такие люди, как певец Альберт Гаррис, или киноактер Евгений Бодо, певица Рената Яросевич, которые здесь объединяются в два джазовых коллектива. Одним из них руководит Генрих Варс, вторым Эдди Рознер. Рознер, впрочем, вскоре переехал в Белосток, который тогда входил в состав Белоруссии. В основном джазовые коллективы состояли из поляков, но были среди них и советские граждане. Например, народная артистка Украины Мальвина Швиндлер попала в коллектив Генриха Варса в 1940-м году.

«Музыка на улице»
-В 1939-м году моего мужа пригласили во Львов работать руководителем театра эстрады. – вспоминает Мальвина Зиновьевна, - На какой-то премьере в оперном театре ко мне подошел Варс, который сказал, что собирается ставить ревю, для которого ему нужна актриса. В то время публика была без ума от теа-джаза Утесова - своеобразного музыкального театра миниатюр, который был ближе к театральным явлениям века, нежели к "эстрадно - симфоническим оркестрам. Чтобы подстроиться под настроения публики, польские артисты тоже решили разбавить музыкальные номера немузыкальными сценами, хохмами, театральными элементами. Тем более, те, кто работал над новым ревю, были звездами первой величины. Генрих Варс был известен не столько как джазмен, но и композитор, дирижер. Евгений Бодо был успешным киноартистом, любимцем публики, до войны имел собственную кинофабрику. Но в СССР того времени новые фильмы были редкостью, поэтому Евгению пришлось переучиваться в эстрадного исполнителя. Постановкой ревю (оно называлось «Музыка на улице») занялся известный кинорежиссер Михал Вашинский.
Сюжет той музыкальной пьесы был незамысловатый, вполне в духе эпохи: главный герой, сын американского миллионера любит джаз, но отец ему не дает заниматься музыкой. И все же главный герой отправляется с известным джазом в турне по миру, а отец приставляет наблюдать за сыном медсестру. Главный герой с медсестрой оказываются в Варшаве, где их застает война. Пережив всяческие лишения, они попадают в освобожденный Львов, где наконец-то объясняются в любви и женятся. В финале Евгений Бодо исполнял песню «Во Львове ремонт капитальный идет», написанную Варсом еще до войны на польском языке, и позже переведенную на русский. С русским языком у труппы не было проблем: большинство из них успело получить хотя бы начальное образование, когда Польша была частью Российской империи.

Первым погиб Бодо
«И снова на сцене Бодо и Варс с улыбкой смотрят на вас…» - поет Бодо. Ревю вызывает фурор, потому что неизбалованные советские зрители такого еще не видели. Уровень исполнения явно выше, чем тот, что был в СССР, тем более, что польские артисты имели возможность получать образование в престижных учебных заведениях европейских стран. На первых гастролях в Киеве, правда, поет не Яросевич, а Ясинська. И еще одна проблема: гражданину Швейцарии Бодо «органы» вскоре запрещают выезжать из Львова. Из коллектива Львовского теа-джаза Бодо погибнет первый. Есть две версии его смерти. По одной, артист не успел покинуть Львов в начале войны и был здесь расстрелян немцами. Согласно другой, он все-таки пытался бежать из Советского Союза в Швейцарию, был арестован и умер в уфимской тюрьме около 1943 года. «Вряд ли какая-то Швейцария готова была бы рискнуть защитить своего гражданина, если это было чревато неприятностями в отношениях с такой бандитской страной, как Советский Союз» - говорит Мальвина Швидлер
В самый разгар войны оба джазовых коллектива оказываются в Ташкенте. Здесь продолжаются гастроли, а Рознер знакомится с талантливым певцом Рашидом Бейбутовым. Но Ташкент – это и начало конца польского джаза в СССР. Здесь формируется армия генерала Андерса. Польские военные, гражданские, музыканты, все хотят влиться в польское войско. В том числе Генрих Варс и Рената Яросевич.
В армию Андерса
- О чем можно было говорить, - вспоминает Мальвина Зиновьевна, - если отношение поляков к советской действительности было однозначно отрицательным. Тот ужас, который они здесь увидели, подстегивал их желание покинуть эту страну. По слухам, когда поляки узнали, что могут уехать с армией Андерса, они устроили небольшую вечеринку, на которой танцевали на советских профсоюзных билетах. Но при советских людях они, разумеется, не демонстрировали своих настроений. Наоборот, отношение с их стороны к нам было самое теплое. Помню, ночь нашего прощания, когда бывшие джазмены пришли к нам уже в военной форме. И каждый нам дал понемногу чая, завернутого в самодельный бумажный кулечек.
Далее дороги войны разбрасывают джазменов в разные стороны. Варс попадает в Италию, где Второй армейский польский корпус принимает участие в штурме Монте-Кассино. Там же рождается и невероятно сильное по сути своей произведение – песня «Красные маки над Монте-Кассино», мотивы которой были использованы Александром Галичем в «Балладе о вечном огне», а стихотворение Иосифа Бродского «Песенка» является по сути вольным переводом текста этой песни, автором которой является участник львовского теа-джаза Феликс Конарский. Впервые Впервые песня исполняется у подножья Монте-Кассино 19 мая 1944 Гвидоном Боруцким – еще одним участником джаза. В это время в Союзе огромнейшей популярностью пользуются произведения Варса танго "Забвение" и фокстрот "Ничего не знаю". Но уже на пластинках нет фамилий авторов и исполнителей. А вскоре они попросту изымаются из продажи. Ведь Генрих Варс по окончании войны попадает в Голливуд, где снимается и озвучивает кинофильмы, что для советской власти равносильно предательству.
Магадан вместо Польши
Судьба Рознера складывается трагически. Какой-то злой рок преследует его. Эдди Рознеру, "золотой трубе" джаз-оркестра, с которым он выступал, которым руководил и дирижировал, дважды приходится убегать от фашистского режима: сначала из Германии в Польшу, потом из Польши – в СССР. Во время войны он объезжает чуть ли не весь Советский Союз, в 1944 году на пластинках выходят ставшие шлягерами песни «Парень-паренек», «Мандолина, гитара и бас», танго «Зачем» и многие другие. Но после войны его творчество вдруг попадает под маховик борьбы с «безродным космополитизмом». Музыка в стиле свинг (наряду с танго и даже цыганским романсом) изгонялась отовсюду. Многие оркестры были расформированы. Газеты критикуют джазменов, тем более с сомнительными польско-еврейскими биографиями. Без объяснения причин арестовывают его жену. Сам заслуженный артист Рознер пытается пробраться в Польшу, но его ловят и судят в том самом Львове, который его так гостеприимно встречал когда-то. В Магадане ему придется пробыть в заключении восемь лет, после чего он окончательно оседает в Москве. Гарриса, которому все-таки удается вернуться на родину, убивают при загадочных обстоятельствах. О Львовском теа-джазе забывают на шесть десятков лет…

Николай ПОЛИЩУК

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments